Нельзя! Нельзя, и все тут! Только вот непонятно, почему. Не объяснили. Яблоко срывать нельзя, мусорить в текстах русским матерным или же вовсе дышать. Если запретный плод сладок, то у меня диабет. Особенно это касается текстов. Как бывает: приготовишься мыслить, излагать и творить. И понимаешь, что писать дальше нельзя. Запрещено. Кем-то. Чем-то. Да хотя бы взять свою, внутреннюю цензуру. Чувствуешь, что готов родить из себя что-то сокровенное, тайное и уже запыленное. Но сам себе запрещаешь. И все - текстовой документ в корзину, бумажный листок в урну. Гневишься сам на себя, на весь творческий процесс и белый свет. Гневишься, а ведь это тоже –нельзя. В Библии написано - не гневаться. Гневается тот, кто людей не любит. Вспомнил вот, сколько раз за сегодня я раздражался. Хоть и скудные, но многочисленные вспышки гнева своего описать ли? Или этого тоже делать нельзя? Имеет ли право писатель описывать грех? Где проходит грань между порицанием и рекламой? И проходит ли? Нет, я не пытаюсь разрушить «устоявшиеся» догмы. Хотя завидую тем, кому хватает смелости. Завидую по- своему, очень часто ради того чтобы вдохновиться и «замотивировать» себя. Этого не хватало Грушницкому. Помнится, есть такой антагонист в романе М.Ю. Лермонтова. Он смотрел на окружавших его людей, и на Печорина в частности, через призму "а почему этого нет у меня". Может, он больше всего завидовал Печорину оттого, что у последнего имя есть… Хотя тут очевидна авторская справедливость: в Грушницком просто не хватило для имени места, все зависть заняла. Хм, а ведь не только М. Ю. Лермонтов на основе описания грехов строил характеры и мотивацию героев. Я бы описал подробно, но мне лень. Поэтому и упомяну я Обломова. Номинация «самый пролежанный диван» в русской литературе и «самый затертый халат» явно досталась бы ему. Но мы тут не про образы -символы разговариваем. Как я понял, наша задача стоит в том, чтобы понять, о чем писать можно, а о чем - таки нельзя. Закидывая удочку, уточню, что обломовщина сама по себе апатична. Лично меня от одного упоминания клонит в сон. А еще напоминает о собственной лени и вызывает чувство обиды за каждую возможность, вместо реализации которой я предпочитаю обломствовать. То есть, Обломов кричал бы о вреде апатии сам, если бы не ленился, но за него это делает И. А. Гончаров. Кричит о том, что все это вредно и вообще жизнью назвать сложно. Лично меня он поднял с дивана после прочтения. Хотя я все еще грешен. Грешны люди не только в зависти и лени. Чтобы мы не скучали, Господь сделал нас существами похотливыми. Л.Н. Толстой описал все последствия этого грешного увлечения неудачным браком Пьера Безухова. Все мои одноклассники помнят, на что «купился» Пьер. Печально, что такая роскошная грудь досталась такой аморальной хозяйке. Печальнее еще и то, что для нашего времени это как нельзя актуально. Красотка Элен, я это о тебе говорю. Допустим, твой брат хотел «обычного путешествия» с маленькой Наташей. Но ты - то, плутовка, представляла, чем оно закончится, с самого начала ставила себе цель обольстить Пьера, а потом и остальных. Если похотлив Безухов в молодости, похотлив ли был в эти годы сам Л. Н. Толстой? Вспомнить только, как он Элен описывал… Суровая констатация правды для большей реалистичности или невесомый флёр воспоминаний о сладости запретного плода? Похоть, наверное, один из самых живописуемых в литературе грехов. На второе место я поставил бы чувство, которое хоть раз, да залетало в душу каждому…Можно быть гордым. Гордым за что-то, за кого-то. В конце концов, за себя, любимого. Гордым за свои добрые дела, искреннюю помощь другим. Но когда гордость трансформируется в гордыню? Настолько высокую, что с нее, казалось бы, можно вниз плевать. В реальной жизни люди друг в друга плюются редко, но вот моральная слюна постоянно от кого-то до кого-то долетает. Евгений Онегин из романа в стихах А. С. Пушкина ставил себя, свое Я и свои интересы превыше всего. Он не понимал и не принимал деревенское общество, «простушку» Татьяну с ее нелепым, детским чувством. Думал, что слишком хорош для всего этого. И что в итоге? Смерть Ленского не стала ли его духовной смертью, ибо любой, кто презрел любовь, обречен на жизнь, не нужную ни обществу, ни самому себе… Кроме похоти, лени, гордыни, гнева и зависти, человечество обремено и другими «вечными» грехами. Алчность - один из самых «выгодных» и общественно одобряемых. Откладывай по копейке, как Дикой из "Грозы" А. Н. Островского, и в итоге накопишь денег. Чем плоха такая философия-то? Но помнить нужно, что копейку копить надо честно заработанную, а не украденную у своих рабочих, людей, которые трудились нещадно и добросовестно. Скупость одного человека заставляет страдать других, и этот «круговорот капитала», когда жадность одного других людей обедняет, несправедлив. Несправедлив, но актуален по сей день. Почему авторы изображают не благотворителей, а тех, кто накопительством пытается свои нечестно заработанные деньги приумножить? Почему в списке вечных тем на первом месте стоят темы высоконравственно ориентированные, а в каждом конкретном произведении на одного героя приходится по десять подлецов? Почему ценности материальные в нашей жизни часто над ценностями духовными верх берут, хоть и понимаем мы, что грешны и неправы? И несть примеров тому, но самый яркий-обжорство. Только желание набивать животы может по силе и страсти сравниться с желанием набивать карманы… И предаемся мы любимому занятию со вкусом и по несколько раз в день! Забывая, что это один из самых безобидных грехов для окружающих - и самый опасный лично для тебя. Пока все то, о чем писалось выше, разрушает твою нравственную систему, чревоугодие разрушает пищеварительную. Сейчас модно говорить, что кишечник-второй мозг. Есть, пожалуй, в громких этих словах доля правды, понимаешь это, когда читаешь знаменитое гоголевское: «…господин велел подать себе обед. Покамест ему подавались разные обычные в трактирах блюда, как-то: щи с слоеным пирожком, нарочно сберегаемым для проезжающих в течение нескольких неделей, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярку жареную, огурец соленый и вечный слоеный сладкий пирожок, всегда готовый к услугам…» Н. В. Гоголь вкусно описывал трапезу Чичикова, потому что не мог насытиться сам. Болезненный, страдающий неизлечимым заболеванием желудочно-кишечного тракта, под чью диктовку писал автор знаменитые обеды у помещиков? Чичиков-персонаж вымышленный, его здоровье поэтому, знаете ли, обильные трапезы не подкосили. Он был отдушиной автора, который вложил в его образ то, чего сам хотел от жизни. К чему стремился, но, как и Чичиков, не смог достичь. А мы люди реальные. Под чью диктовку проводим свою жизнь? Встаем утром, идем на работу, и гонит нас туда, хоть мы и сами себе в этом не признаемся, «царь Голод». Потому что нужны нам деньги, чтобы не просто покушать, а насытиться. Не думаю все же, что большинство писателей создавали свои великие творения, чтобы прокормить себя и семью. Или может, одно другого не исключает? Классики русской литературы, писатели-кто, как не они, формируют идеи поколений читателей… И большинство из них писали о том, что запрещено в Библии - одной из главных книг в человеческой истории. И знаете, писали красиво. Создавали яркие образы негодяев всех мастей, подробно описывали тех, кто предается порокам. И все это для того, чтобы мы, читатели, смотрели на них и не брали с них пример. А добрых и светлых героев, с которых пример можно и нужно было бы брать, можно пересчитать по пальцам. Напоказ выставляется уродливое и бездуховное начало в человеке, заслоняя собой прекрасное и духовное. Вся литература держится на том, что делать нельзя. А писать об этом разве можно? Комментарии Ирина Зартайская 22/04/2019 Спасибо, Никита! Я давно не получала такого удовольствия от чтения! 0 «спасибо»


papmam

107 Баллыжюри 11 Баллычитателей Проголосовать Спасибо,ваш голос принят! Отменить Никита Суханов поделисьс друзьями Цензура сверху Нельзя! Нельзя, и все тут! Только вот непонятно, почему. Не объяснили. Яблоко срывать нельзя, мусорить в текстах русским матерным или же вовсе дышать. Если запретный плод сладок, то у меня диабет. Особенно это касается текстов. Как бывает: приготовишься мыслить, излагать и творить. И понимаешь, что писать дальше нельзя. Запрещено. Кем-то. Чем-то. Да хотя бы взять свою, внутреннюю цензуру. Чувствуешь, что готов родить из себя что-то сокровенное, тайное и уже запыленное. Но сам себе запрещаешь. И все - текстовой документ в корзину, бумажный листок в урну. Гневишься сам на себя, на весь творческий процесс и белый свет. Гневишься, а ведь это тоже –нельзя. В Библии написано - не гневаться. Гневается тот, кто людей не любит. Вспомнил вот, сколько раз за сегодня я раздражался. Хоть и скудные, но многочисленные вспышки гнева своего описать ли? Или этого тоже делать нельзя? Имеет ли право писатель описывать грех? Где проходит грань между порицанием и рекламой? И проходит ли? Нет, я не пытаюсь разрушить «устоявшиеся» догмы. Хотя завидую тем, кому хватает смелости. Завидую по- своему, очень часто ради того чтобы вдохновиться и «замотивировать» себя. Этого не хватало Грушницкому. Помнится, есть такой антагонист в романе М.Ю. Лермонтова. Он смотрел на окружавших его людей, и на Печорина в частности, через призму "а почему этого нет у меня". Может, он больше всего завидовал Печорину оттого, что у последнего имя есть… Хотя тут очевидна авторская справедливость: в Грушницком просто не хватило для имени места, все зависть заняла. Хм, а ведь не только М. Ю. Лермонтов на основе описания грехов строил характеры и мотивацию героев. Я бы описал подробно, но мне лень. Поэтому и упомяну я Обломова. Номинация «самый пролежанный диван» в русской литературе и «самый затертый халат» явно досталась бы ему. Но мы тут не про образы -символы разговариваем. Как я понял, наша задача стоит в том, чтобы понять, о чем писать можно, а о чем - таки нельзя. Закидывая удочку, уточню, что обломовщина сама по себе апатична. Лично меня от одного упоминания клонит в сон. А еще напоминает о собственной лени и вызывает чувство обиды за каждую возможность, вместо реализации которой я предпочитаю обломствовать. То есть, Обломов кричал бы о вреде апатии сам, если бы не ленился, но за него это делает И. А. Гончаров. Кричит о том, что все это вредно и вообще жизнью назвать сложно. Лично меня он поднял с дивана после прочтения. Хотя я все еще грешен. Грешны люди не только в зависти и лени. Чтобы мы не скучали, Господь сделал нас существами похотливыми. Л.Н. Толстой описал все последствия этого грешного увлечения неудачным браком Пьера Безухова. Все мои одноклассники помнят, на что «купился» Пьер. Печально, что такая роскошная грудь досталась такой аморальной хозяйке. Печальнее еще и то, что для нашего времени это как нельзя актуально. Красотка Элен, я это о тебе говорю. Допустим, твой брат хотел «обычного путешествия» с маленькой Наташей. Но ты - то, плутовка, представляла, чем оно закончится, с самого начала ставила себе цель обольстить Пьера, а потом и остальных. Если похотлив Безухов в молодости, похотлив ли был в эти годы сам Л. Н. Толстой? Вспомнить только, как он Элен описывал… Суровая констатация правды для большей реалистичности или невесомый флёр воспоминаний о сладости запретного плода? Похоть, наверное, один из самых живописуемых в литературе грехов. На второе место я поставил бы чувство, которое хоть раз, да залетало в душу каждому…Можно быть гордым. Гордым за что-то, за кого-то. В конце концов, за себя, любимого. Гордым за свои добрые дела, искреннюю помощь другим. Но когда гордость трансформируется в гордыню? Настолько высокую, что с нее, казалось бы, можно вниз плевать. В реальной жизни люди друг в друга плюются редко, но вот моральная слюна постоянно от кого-то до кого-то долетает. Евгений Онегин из романа в стихах А. С. Пушкина ставил себя, свое Я и свои интересы превыше всего. Он не понимал и не принимал деревенское общество, «простушку» Татьяну с ее нелепым, детским чувством. Думал, что слишком хорош для всего этого. И что в итоге? Смерть Ленского не стала ли его духовной смертью, ибо любой, кто презрел любовь, обречен на жизнь, не нужную ни обществу, ни самому себе… Кроме похоти, лени, гордыни, гнева и зависти, человечество обремено и другими «вечными» грехами. Алчность - один из самых «выгодных» и общественно одобряемых. Откладывай по копейке, как Дикой из "Грозы" А. Н. Островского, и в итоге накопишь денег. Чем плоха такая философия-то? Но помнить нужно, что копейку копить надо честно заработанную, а не украденную у своих рабочих, людей, которые трудились нещадно и добросовестно. Скупость одного человека заставляет страдать других, и этот «круговорот капитала», когда жадность одного других людей обедняет, несправедлив. Несправедлив, но актуален по сей день. Почему авторы изображают не благотворителей, а тех, кто накопительством пытается свои нечестно заработанные деньги приумножить? Почему в списке вечных тем на первом месте стоят темы высоконравственно ориентированные, а в каждом конкретном произведении на одного героя приходится по десять подлецов? Почему ценности материальные в нашей жизни часто над ценностями духовными верх берут, хоть и понимаем мы, что грешны и неправы? И несть примеров тому, но самый яркий-обжорство. Только желание набивать животы может по силе и страсти сравниться с желанием набивать карманы… И предаемся мы любимому занятию со вкусом и по несколько раз в день! Забывая, что это один из самых безобидных грехов для окружающих - и самый опасный лично для тебя. Пока все то, о чем писалось выше, разрушает твою нравственную систему, чревоугодие разрушает пищеварительную. Сейчас модно говорить, что кишечник-второй мозг. Есть, пожалуй, в громких этих словах доля правды, понимаешь это, когда читаешь знаменитое гоголевское: «…господин велел подать себе обед. Покамест ему подавались разные обычные в трактирах блюда, как-то: щи с слоеным пирожком, нарочно сберегаемым для проезжающих в течение нескольких неделей, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярку жареную, огурец соленый и вечный слоеный сладкий пирожок, всегда готовый к услугам…» Н. В. Гоголь вкусно описывал трапезу Чичикова, потому что не мог насытиться сам. Болезненный, страдающий неизлечимым заболеванием желудочно-кишечного тракта, под чью диктовку писал автор знаменитые обеды у помещиков? Чичиков-персонаж вымышленный, его здоровье поэтому, знаете ли, обильные трапезы не подкосили. Он был отдушиной автора, который вложил в его образ то, чего сам хотел от жизни. К чему стремился, но, как и Чичиков, не смог достичь. А мы люди реальные. Под чью диктовку проводим свою жизнь? Встаем утром, идем на работу, и гонит нас туда, хоть мы и сами себе в этом не признаемся, «царь Голод». Потому что нужны нам деньги, чтобы не просто покушать, а насытиться. Не думаю все же, что большинство писателей создавали свои великие творения, чтобы прокормить себя и семью. Или может, одно другого не исключает? Классики русской литературы, писатели-кто, как не они, формируют идеи поколений читателей… И большинство из них писали о том, что запрещено в Библии - одной из главных книг в человеческой истории. И знаете, писали красиво. Создавали яркие образы негодяев всех мастей, подробно описывали тех, кто предается порокам. И все это для того, чтобы мы, читатели, смотрели на них и не брали с них пример. А добрых и светлых героев, с которых пример можно и нужно было бы брать, можно пересчитать по пальцам. Напоказ выставляется уродливое и бездуховное начало в человеке, заслоняя собой прекрасное и духовное. Вся литература держится на том, что делать нельзя. А писать об этом разве можно? Комментарии Ирина Зартайская 22/04/2019 Спасибо, Никита! Я давно не получала такого удовольствия от чтения! 0 «спасибо»


94 Баллыжюри 2 Баллычитателей Проголосовать Спасибо,ваш голос принят! Отменить Варвара Лимарева поделисьс друзьями Об этом в книгах писать нельзя! «Что написано пером, того не вырубишь топором» - мудрая народная пословица. Если бы вы писали книгу, рассказ, историю, какую тему вы бы не взяли ни в коем случае? Конечно, это зависит от индивидуальных ощущений каждого человека, однако наверняка в теории может существовать в глубине сознания всех людей какое-то одно качество, один предмет, написав о котором писатель остановится и подумает о сути этих строк, на который будет в ответ отрицательное «нет» и ставится однозначный «крест». «Что написано пером, того не вырубишь топором», - гласит старая народная пословица. Она весьма правдива, ведь не стоит забывать, что каждое слово как птица, как взрыв, как проросшее дерево невозвратимо к начальному состоянию чистоты на листе и имеет свои необратимые последствия. Потому, как мне кажется, за каждыми словом, фразой надо следить и не забывать те непростительные темы. Но каковы они? Что первое приходит на ум? Нельзя приучать читающих детей, да и детей вообще, к деянию несправедливости, лжи, обиды, жестокости, унижении других, капризности, одиночеству. Но, вдумавшись, становится понятно, что без этого всего ни одна книга интересной и захватывающей не будет, не будет в ней изюминки. Ведь очень часто читают с ажиотажем именно из-за остроты сюжета, в котором присутствуют разные повороты, предательства, вселенская несправедливость. Это, можно сказать, поощряется. Но не стоит забывать, что в этом случае присутствует некое «книжное равновесие». Его суть такая же, как в том факте, что темные цвета заставляют светиться рядом стоящие светлые оттенки, что звонкая мелодия скрипки часто выделяется на фоне медных духовых и контрабасов. Доброта в любом сюжете в полной мере проявляется, противостоя злу, правда сильнее лишь идя против лжи, справедливость по-настоящему торжествует лишь перед гнусными деяниями. Потому и тяжело в книгах обойтись без «темной стороны». Просто она доказывает красоту света и всегда играет роль виноватого уравнителя. А что же дальше? О чем писать-то нельзя? А если поставить вопрос по-другому: при каких обстоятельствах нельзя об этом писать? Это ведь очень важно, одно и тоже происшествие при разных обстоятельствах раскрывается по-разному. Вот представьте книгу, в которой все врут, откровенно врут, но это как бы и не норма. Весь сюжет построен на лжи, персонажи врут, главный герой врет и в итоге выходит сухим из воды. А теперь другую, о девочке, которую всю жизнь сопровождает жестокость: родителей убили у нее на глазах, в детском доме издеваются и бьют. Вырастает она безвольным созданием без единой надежды на нормальную жизнь. И ещё одну любую подобную книгу, построенную лишь на зле. Что можно вынести из этих историй? Боль, апатию, угнетенность… Ничего хорошего… Разве что у чутких людей это вызовет сочувствие, что уже не так плохо. А некоторым, подросткам, например, это будет забавно, но поймут ли они, что это не норма для реального мира? Вот о чем не стоит писать в книгах. О том, что нельзя в ней же опровергнуть, подвергнуть сомнению, и это относится не только к плохим качествам. Нельзя писать о неоправданном зле как о норме, без возможности показать обратное, нельзя убеждать читателя в безнадежности мира, нельзя писать о бесконечной усладе, величии и превосходстве одного человека над другими, ведь это будет сплошной ложью. Нельзя писать о мире без надежды и любви, в котором они так и не появляются. Если в книге лишь злые мысли, тогда умирает она сама, перестаёт нести свой долг, выполнять свои обязанности. В чём смысл и важность книг? В их мудрости, в значении мыслей автора, которые заставляют задуматься о важных вещах – вот для чего изначально они были созданы. Конечно, не стоит забывать и развлекательном смысле, но это немного другое русло. Да, книги, похожие на вышеуказанные, тоже несут особый смысл и энергетику, тоже могут считаться книгами, но выполняют они свой долг? Вряд ли. Книга должна учить, заставлять видеть мир другими глазами, в хорошем смысле слова, помогать в трудной ситуации, а не усугублять её. Нельзя писать о всем плохом этого мира, сложенном в один густой ком. Ведь по-хорошему, что несут эти книги? Такого слова, мне кажется, нет, но подойдет словосочетание «не жизнь». Они несут не жизнь… НАписать можно обо всём. В этом нас, людей, никто не остановит, но стоит ли писать о том, что несет вред душевному состоянию человека?.. Творите, пишите с «книжным равновесием», любовью и добром. Комментарии


«Что написано пером, того не вырубишь топором» - мудрая народная пословица. Если бы вы писали книгу, рассказ, историю, какую тему вы бы не взяли ни в коем случае? Конечно, это зависит от индивидуальных ощущений каждого человека, однако наверняка в теории может существовать в глубине сознания всех людей какое-то одно качество, один предмет, написав о котором писатель остановится и подумает о сути этих строк, на который будет в ответ отрицательное «нет» и ставится однозначный «крест». «Что написано пером, того не вырубишь топором», - гласит старая народная пословица. Она весьма правдива, ведь не стоит забывать, что каждое слово как птица, как взрыв, как проросшее дерево невозвратимо к начальному состоянию чистоты на листе и имеет свои необратимые последствия. Потому, как мне кажется, за каждыми словом, фразой надо следить и не забывать те непростительные темы. Но каковы они? Что первое приходит на ум? Нельзя приучать читающих детей, да и детей вообще, к деянию несправедливости, лжи, обиды, жестокости, унижении других, капризности, одиночеству. Но, вдумавшись, становится понятно, что без этого всего ни одна книга интересной и захватывающей не будет, не будет в ней изюминки. Ведь очень часто читают с ажиотажем именно из-за остроты сюжета, в котором присутствуют разные повороты, предательства, вселенская несправедливость. Это, можно сказать, поощряется. Но не стоит забывать, что в этом случае присутствует некое «книжное равновесие». Его суть такая же, как в том факте, что темные цвета заставляют светиться рядом стоящие светлые оттенки, что звонкая мелодия скрипки часто выделяется на фоне медных духовых и контрабасов. Доброта в любом сюжете в полной мере проявляется, противостоя злу, правда сильнее лишь идя против лжи, справедливость по-настоящему торжествует лишь перед гнусными деяниями. Потому и тяжело в книгах обойтись без «темной стороны». Просто она доказывает красоту света и всегда играет роль виноватого уравнителя. А что же дальше? О чем писать-то нельзя? А если поставить вопрос по-другому: при каких обстоятельствах нельзя об этом писать? Это ведь очень важно, одно и тоже происшествие при разных обстоятельствах раскрывается по-разному. Вот представьте книгу, в которой все врут, откровенно врут, но это как бы и не норма. Весь сюжет построен на лжи, персонажи врут, главный герой врет и в итоге выходит сухим из воды. А теперь другую, о девочке, которую всю жизнь сопровождает жестокость: родителей убили у нее на глазах, в детском доме издеваются и бьют. Вырастает она безвольным созданием без единой надежды на нормальную жизнь. И ещё одну любую подобную книгу, построенную лишь на зле. Что можно вынести из этих историй? Боль, апатию, угнетенность… Ничего хорошего… Разве что у чутких людей это вызовет сочувствие, что уже не так плохо. А некоторым, подросткам, например, это будет забавно, но поймут ли они, что это не норма для реального мира? Вот о чем не стоит писать в книгах. О том, что нельзя в ней же опровергнуть, подвергнуть сомнению, и это относится не только к плохим качествам. Нельзя писать о неоправданном зле как о норме, без возможности показать обратное, нельзя убеждать читателя в безнадежности мира, нельзя писать о бесконечной усладе, величии и превосходстве одного человека над другими, ведь это будет сплошной ложью. Нельзя писать о мире без надежды и любви, в котором они так и не появляются. Если в книге лишь злые мысли, тогда умирает она сама, перестаёт нести свой долг, выполнять свои обязанности. В чём смысл и важность книг? В их мудрости, в значении мыслей автора, которые заставляют задуматься о важных вещах – вот для чего изначально они были созданы. Конечно, не стоит забывать и развлекательном смысле, но это немного другое русло. Да, книги, похожие на вышеуказанные, тоже несут особый смысл и энергетику, тоже могут считаться книгами, но выполняют они свой долг? Вряд ли. Книга должна учить, заставлять видеть мир другими глазами, в хорошем смысле слова, помогать в трудной ситуации, а не усугублять её. Нельзя писать о всем плохом этого мира, сложенном в один густой ком. Ведь по-хорошему, что несут эти книги? Такого слова, мне кажется, нет, но подойдет словосочетание «не жизнь». Они несут не жизнь… НАписать можно обо всём. В этом нас, людей, никто не остановит, но стоит ли писать о том, что несет вред душевному состоянию человека?.. Творите, пишите с «книжным равновесием», любовью и добром. Комментарии


104 Баллыжюри 3 Баллычитателей Проголосовать Спасибо,ваш голос принят! Отменить Софья Бароха поделисьс друзьями Похожие, но совсем разные книги Что такое художественная книга? Для меня - это история или рассуждения, несущие определённый смысл. И не будет ошибкой, что читаем мы скорее из интереса и удовольствия, погружаясь в перипетии сюжета, а осознание каких-то важных моралей и получение новых знаний - побочный эффект. Хотя эффект очень важный. Тут можно провести параллель с организаторами общественных мероприятий, например, волонтерских движений - они могут привлекать людей наградами, обещать, что пришедшие хорошо проведут время, но главная их цель - то, что будет сделано в итоге, результат самого дела. Так же и писатели - они создают свою историю, которая заинтересует читателей, но вкладывают в неё самое главное - суть, смысл, который можно прочесть между строк. Ведь мало кто будет читать голые рассуждения и поучения. И идея, которую несет автор, зависит от его сущности, жизненного опыта, собственных душевных переживаний и тех выводов, что он вынес из жизни. Но бывает, что одну и ту же мысль пытаются донести до читателя книги с совсем разным сюжетом, и нет ни одной книги с абсолютно одинаковой идеей, они хоть чуть-чуть, но отличаются. Значит, и от истории тоже зависит то, что вынесет для себя читатель, от ситуации в жизни героев, от их реакции на неё и от позиции автора. Писатель делает лирические отступления, выражает своё отношение к написанному, а это несомненно влияет на мнение читателя. Хочу начать с такого примера, как суицид. Так, в книге Джей Эшер "Тринадцать причин почему" описывается ситуация, где покончившая с собой девушка оставляет кассеты, в которых рассказывает, почему она решилась на такой ужасный поступок. И хотя автор желает донести мысль о том, насколько наши действия и слова могут быть важными и обидными для окружающих, результат получился совершенно другим. Большинство прочитавших эту книгу подростков, в том числе мои знакомые, романтизировали для себя тему самоубийства, для них это так здорово - умереть, а своих обидчиков заставить жить с чувством вины, стать своего рода знаменитостью. Есть и книги, которые заставляют поверить в себя, понять, что суицид - не выход. Например, книга Стейс Крамер "Пятьдесят дней до моего самоубийства", где девочка даёт себе пятьдесят дней на то, чтобы понять, нужна ли ей эта жизнь. За отведенный срок у неё появляется много проблем, происходит огромное количество событий. Но в конце истории она понимает, что она не готова расстаться с этим миром, несмотря на все неприятности. Поэтому важен не только вопрос, можно ли о чем-то писать, важно, как об этом писать. Когда разговор заходит о том, о чём в книгах писать нельзя, чаще всего приходит на ум: суицид, алкоголизм, курение, наркотики и так далее, когда идет недвусмысленная пропаганда этого, а персонаж может положительно впечатлить читателя своими недостатками. Если писатель имеет цель показать, что такая жизнь все равно закончится плохо, то в сюжете должен присутствовать соответствующий конец, в котором герой либо сам осознает тщетность такой жизни, либо обстоятельства приводит его, если уж не к гибели физической или духовной, то хотя бы к одиночеству и несчастьям. Яркий пример подобной книги –это «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда. Бывают книги, где атмосфера в жизни персонажей невероятно унылая и депрессивная, так что даже читающий начинает впадать в апатию. Например, книги Эдуарда Веркина, такие как “Друг - апрель”, “Мертвец”, “Пролог” и другие. В них у героев всё очень плохо, нет никаких перспектив на будущее, но что самое страшное - они не пытаются что-то менять, да и писатель даёт понять, что это бессмысленно. Хотя Э. Веркин в конце всегда предостваляет читателю возможность додумать самому, нет четкого отношения самого автора, кажется, что он дает право на жизнь всему в любом проявлении. А вот во многих произведениях Владислава Крапивина, например, “Голубятня на жёлтой поляне”, “Гуси-Гуси, га-га-га”, «Застава на якорном поле» (на самом деле почти все его книги можно привести, как пример) хотя сюжет всегда предполагает драму, трагедию, просто беду, но в конце крапивинские мальчишки преодолевает все трудности, для любой, даже самой безвыходной ситуации, находится решение. Даже в книге “Лето кончится не скоро”, хотя в конце главный герой погибает, писатель даёт надежду, что, быть может, это случилось не зря, и нам стоит стараться, чтобы такого больше никогда не происходило. Примеров можно привести ещё великое множество, ведь все авторы по-разному преподносят похожие мысли, каждое слово в их истории повлияет на читателя, заставит его иначе принять смысл сказанного. Но разве можно запретить писать о чём-либо? Ведь никто не может знать, что именно расскажет нам этот писатель. Может быть он - новый талант, который перевернёт мировоззрение тысяч людей и найдёт в самой, как казалось раньше, скучной или даже нежелательной теме огромный смысл? А, возможно, этот человек “испоганит” по-своему “святые” мотивы и сюжеты? Книги - это искусство, а на нём никто не может поставить клеймо “хорошо” или “плохо”, а действительно стоящая книга всегда найдёт читателя. Поэтому нельзя сказать, что есть какие-то запретные темы. Всё зависит не только от того, как писатель подаст нам свою идею. С другой стороны, я не хочу выбирать, что мне читать, “методом тыка”. Возможно, психическое здоровье человека сейчас не в порядке, если он разбит и в депрессии, то лучше ему почитать вдохновляющую книгу, чем ту, что подпитает его комплексы и разочарования. Вот он видит, что эта вроде на хорошую тему, берётся за чтение, но автор преподносит всё в таком свете, что и без того печальный читатель окончательно застревает в апатии. Ведь книги могут действительно сильно влиять на нас. Именно поэтому существуют отзывы уже прочитавших, возрастные ограничения, аннотации на книгу. Я думаю, каждый волен писать, если его идеи на самом деле того стоят, если ему есть, что сказать. Нельзя запретить писать о чём-то, но, если вы не хотите испортить себя и свою жизнь плохой книгой, оградите себя от этого сами. Комментарии Эвелина 05/04/2019 Спасибо за эссе! Согласна, что свой читатель есть у каждого настоящего писателя. Важно ведь не только, что тебе есть ЧТО сказать, важно, чтобы был и ТОТ, КОМУ это можно сказать... Кричать в пространство как то не айс... 0 «спасибо»


Что такое художественная книга? Для меня - это история или рассуждения, несущие определённый смысл. И не будет ошибкой, что читаем мы скорее из интереса и удовольствия, погружаясь в перипетии сюжета, а осознание каких-то важных моралей и получение новых знаний - побочный эффект. Хотя эффект очень важный. Тут можно провести параллель с организаторами общественных мероприятий, например, волонтерских движений - они могут привлекать людей наградами, обещать, что пришедшие хорошо проведут время, но главная их цель - то, что будет сделано в итоге, результат самого дела. Так же и писатели - они создают свою историю, которая заинтересует читателей, но вкладывают в неё самое главное - суть, смысл, который можно прочесть между строк. Ведь мало кто будет читать голые рассуждения и поучения. И идея, которую несет автор, зависит от его сущности, жизненного опыта, собственных душевных переживаний и тех выводов, что он вынес из жизни. Но бывает, что одну и ту же мысль пытаются донести до читателя книги с совсем разным сюжетом, и нет ни одной книги с абсолютно одинаковой идеей, они хоть чуть-чуть, но отличаются. Значит, и от истории тоже зависит то, что вынесет для себя читатель, от ситуации в жизни героев, от их реакции на неё и от позиции автора. Писатель делает лирические отступления, выражает своё отношение к написанному, а это несомненно влияет на мнение читателя. Хочу начать с такого примера, как суицид. Так, в книге Джей Эшер "Тринадцать причин почему" описывается ситуация, где покончившая с собой девушка оставляет кассеты, в которых рассказывает, почему она решилась на такой ужасный поступок. И хотя автор желает донести мысль о том, насколько наши действия и слова могут быть важными и обидными для окружающих, результат получился совершенно другим. Большинство прочитавших эту книгу подростков, в том числе мои знакомые, романтизировали для себя тему самоубийства, для них это так здорово - умереть, а своих обидчиков заставить жить с чувством вины, стать своего рода знаменитостью. Есть и книги, которые заставляют поверить в себя, понять, что суицид - не выход. Например, книга Стейс Крамер "Пятьдесят дней до моего самоубийства", где девочка даёт себе пятьдесят дней на то, чтобы понять, нужна ли ей эта жизнь. За отведенный срок у неё появляется много проблем, происходит огромное количество событий. Но в конце истории она понимает, что она не готова расстаться с этим миром, несмотря на все неприятности. Поэтому важен не только вопрос, можно ли о чем-то писать, важно, как об этом писать. Когда разговор заходит о том, о чём в книгах писать нельзя, чаще всего приходит на ум: суицид, алкоголизм, курение, наркотики и так далее, когда идет недвусмысленная пропаганда этого, а персонаж может положительно впечатлить читателя своими недостатками. Если писатель имеет цель показать, что такая жизнь все равно закончится плохо, то в сюжете должен присутствовать соответствующий конец, в котором герой либо сам осознает тщетность такой жизни, либо обстоятельства приводит его, если уж не к гибели физической или духовной, то хотя бы к одиночеству и несчастьям. Яркий пример подобной книги –это «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда. Бывают книги, где атмосфера в жизни персонажей невероятно унылая и депрессивная, так что даже читающий начинает впадать в апатию. Например, книги Эдуарда Веркина, такие как “Друг - апрель”, “Мертвец”, “Пролог” и другие. В них у героев всё очень плохо, нет никаких перспектив на будущее, но что самое страшное - они не пытаются что-то менять, да и писатель даёт понять, что это бессмысленно. Хотя Э. Веркин в конце всегда предостваляет читателю возможность додумать самому, нет четкого отношения самого автора, кажется, что он дает право на жизнь всему в любом проявлении. А вот во многих произведениях Владислава Крапивина, например, “Голубятня на жёлтой поляне”, “Гуси-Гуси, га-га-га”, «Застава на якорном поле» (на самом деле почти все его книги можно привести, как пример) хотя сюжет всегда предполагает драму, трагедию, просто беду, но в конце крапивинские мальчишки преодолевает все трудности, для любой, даже самой безвыходной ситуации, находится решение. Даже в книге “Лето кончится не скоро”, хотя в конце главный герой погибает, писатель даёт надежду, что, быть может, это случилось не зря, и нам стоит стараться, чтобы такого больше никогда не происходило. Примеров можно привести ещё великое множество, ведь все авторы по-разному преподносят похожие мысли, каждое слово в их истории повлияет на читателя, заставит его иначе принять смысл сказанного. Но разве можно запретить писать о чём-либо? Ведь никто не может знать, что именно расскажет нам этот писатель. Может быть он - новый талант, который перевернёт мировоззрение тысяч людей и найдёт в самой, как казалось раньше, скучной или даже нежелательной теме огромный смысл? А, возможно, этот человек “испоганит” по-своему “святые” мотивы и сюжеты? Книги - это искусство, а на нём никто не может поставить клеймо “хорошо” или “плохо”, а действительно стоящая книга всегда найдёт читателя. Поэтому нельзя сказать, что есть какие-то запретные темы. Всё зависит не только от того, как писатель подаст нам свою идею. С другой стороны, я не хочу выбирать, что мне читать, “методом тыка”. Возможно, психическое здоровье человека сейчас не в порядке, если он разбит и в депрессии, то лучше ему почитать вдохновляющую книгу, чем ту, что подпитает его комплексы и разочарования. Вот он видит, что эта вроде на хорошую тему, берётся за чтение, но автор преподносит всё в таком свете, что и без того печальный читатель окончательно застревает в апатии. Ведь книги могут действительно сильно влиять на нас. Именно поэтому существуют отзывы уже прочитавших, возрастные ограничения, аннотации на книгу. Я думаю, каждый волен писать, если его идеи на самом деле того стоят, если ему есть, что сказать. Нельзя запретить писать о чём-то, но, если вы не хотите испортить себя и свою жизнь плохой книгой, оградите себя от этого сами. Комментарии Эвелина 05/04/2019 Спасибо за эссе! Согласна, что свой читатель есть у каждого настоящего писателя. Важно ведь не только, что тебе есть ЧТО сказать, важно, чтобы был и ТОТ, КОМУ это можно сказать... Кричать в пространство как то не айс... 0 «спасибо»


101 Баллыжюри 6 Баллычитателей Проголосовать Спасибо,ваш голос принят! Отменить Михаил поделисьс друзьями Секреты, запреты и маленькие хитрости «Об этом в книгах писать нельзя!» Или... все-таки... можно?.. Я напечатал на новом листе предложенную тему и задумался. Закрываю глаза и спрашиваю себя, существуют ли опасные темы, о которых нельзя писать? Возьмем моего любимого писателя Бориса Акунина. Вот он сидит с ноутбуком в уютном кабинете и сочиняет продолжение детективной серии про Фандорина. На стенах висят японские мечи, в руках у писателя знаменитые нефритовые четки. Вокруг по всей комнате старинные книги и рукописи, среди которых Акунин ищет истории грозных самураев и ниндзя. Средневековый воин потерпел поражение, без тени страха он достает острый меч и кладет перед собой. Через несколько минут читатели станут свидетелями ритуального харакири, а пока самурай, не проронив ни слова, придумывает предсмертное стихотворение о хризантемах или цветущей сакуре. Красиво или жестоко… но кто запретит автору записать любые пришедшие в голову идеи? Проплывающие мысли мгновенно без разрешения свыше превращаются в строки будущей книги. Они могут быть обо всем на свете: о несчастной любви и неизлечимых болезнях, об автомобильных авариях и кровавых преступлениях, об обмане, несправедливости, зависти. И даже про спиртные напитки и наркотики, которыми постоянно пугают подростков. Это уже потом в редакции кто-то будет решать за писателя, сколько глав оставить в новой книге, какие части требуют переработки или будут удалены. Можно схитрить и поставить на обложку знак «Восемнадцать плюс», тогда не придется вырезать куски про секс, жестокие убийства и прочие «секреты», которые взрослые почему-то стараются скрыть от нас. Я представлял себе самые страшные истории на свете, связанные с издевательствами над рабами, изощренными пытками, массовыми убийствами во время войны. Но они были изданы и прочитаны, никто их не запрещает. Есть и детские книги, от которых мурашки бегут по коже. Даже не буду вспоминать Тараса, убившего своего сына, розги в истории про Тома Сойера или Хижину Дяди Тома. Недавно прочитал чудесную книгу Юрия Ситникова «Кот» про домашнего питомца, случайно оказавшегося на улице. Невозможно представить людскую жестокость обычных приветливых горожан, а ведь несчастному коту некуда спрятаться, он просто пытается отыскать хозяев. Вылить кипяток на кошачью спину… наверное о таком писать нельзя… даже думать нельзя…, но ведь напечатали и разрешают читать детям. У меня даже сейчас наворачиваются слезы. Получается, «нельзя» для писателей не работает. А можно ли написать неправду? Враки? Вполне! Сразу вспомнился Остер со своими вредными советами-рекомендациями, знаменитые детские сказки, в которых все от начала до конца - сплошная выдумка. Емеля, разъезжающий на печке, или рыбка, выполняющая три желания. Но, - поспорил я сам с собой, - читатели ведь сразу понимают, что автор шутит или сочиняет. Для красоты повествования, чтобы увлечь нас, да мало ли зачем! Никто не придет к писателю с претензиями, мол, нельзя такое писать. Не работают ваши магические слова, волшебные спички не желают исполнять желания, сколько их ни обламывай! Да и Деда Мороза не существует! Возьмем чужую историю и выдадим в книге за собственную. Напечатаем на разных языках, получим премию и станем самым известным писателем в мире! Потом, правда, найдется истинный автор, предъявит свою рукопись и обвинит прославившегося незаконным путем в воровстве. Разразится международный скандал, и суд потребует убрать из книги сворованные главы. Вот уж настоящее «нельзя» без всяких исключений! А вместе с этим позор, отобранные деньги и обманутые читатели. Знаменитый писатель вряд ли готов так поступить, но он вдохновлен чужой книгой, снова и снова перечитывает понравившиеся главы, вспоминает интересных героев и их приключения. Он перебирает в голове подробности и не может остановиться. В какой-то момент писателю наскучит пересказывать, и он начнет фантазировать. Перепишет сюжет на свой лад, придумает парочку злодеев и сочинит неожиданный конец. Теперь перед нами совершенно другая книга. Строгое «нельзя» отступило. Дороти превратилась в Элли и встретила новых друзей Дровосека и Страшилу, Пиноккио навсегда остался с длинным носом и теперь зовется Буратино, и Золотая рыбка из знаменитой сказки Пушкина, оказывается, уже была придумана где-то на Востоке. Получается, даже известные писатели могут увлечься чужими историями, переработать их без обвинения в мошенничестве и заимствованиях. Будто в руках волшебника чьи-то идеи преобразились и превратились в сюжетные заготовки для будущих книг, стали невольными проводниками в мир новых приключений. Герои изменились и перелетели в иные страны, спаслись от врагов или бесследно исчезли, но они прожили еще одну насыщенную жизнь на страницах новой книги и помогли читателю познать огромный мир вокруг. Что ж, дорогие писатели, продолжайте фантазировать, наблюдать, искать любые источники вдохновения. Бродите по городу в поисках приключений, путешествуйте по дальним странам и читайте чужие истории! Не думайте о запретах, верьте в себя и сочиняйте без остановки! Нас, читателей, не проведешь. Среди сотен новых книг мы обязательно найдем самую интересную, стоящую, настоящую, чтобы затянуло и держало в напряжении до последней страницы. Пусть всегда будет так! Если последние дни ты жил только ради бесценных мгновений с книгой, то кто уж вспомнит про запретное «нельзя». Комментарии Бирюкова Ева 22/04/2019 Спасибо большое, оень интересно было прочитать твоё эссе. А я, если честно, верю в Деда Мороза( мне 15 годиков) :) Чудеса и волшебство живут в нашем сердце. Всё может быть, нужно только поверить) 0 «спасибо»


«Об этом в книгах писать нельзя!» Или... все-таки... можно?.. Я напечатал на новом листе предложенную тему и задумался. Закрываю глаза и спрашиваю себя, существуют ли опасные темы, о которых нельзя писать? Возьмем моего любимого писателя Бориса Акунина. Вот он сидит с ноутбуком в уютном кабинете и сочиняет продолжение детективной серии про Фандорина. На стенах висят японские мечи, в руках у писателя знаменитые нефритовые четки. Вокруг по всей комнате старинные книги и рукописи, среди которых Акунин ищет истории грозных самураев и ниндзя. Средневековый воин потерпел поражение, без тени страха он достает острый меч и кладет перед собой. Через несколько минут читатели станут свидетелями ритуального харакири, а пока самурай, не проронив ни слова, придумывает предсмертное стихотворение о хризантемах или цветущей сакуре. Красиво или жестоко… но кто запретит автору записать любые пришедшие в голову идеи? Проплывающие мысли мгновенно без разрешения свыше превращаются в строки будущей книги. Они могут быть обо всем на свете: о несчастной любви и неизлечимых болезнях, об автомобильных авариях и кровавых преступлениях, об обмане, несправедливости, зависти. И даже про спиртные напитки и наркотики, которыми постоянно пугают подростков. Это уже потом в редакции кто-то будет решать за писателя, сколько глав оставить в новой книге, какие части требуют переработки или будут удалены. Можно схитрить и поставить на обложку знак «Восемнадцать плюс», тогда не придется вырезать куски про секс, жестокие убийства и прочие «секреты», которые взрослые почему-то стараются скрыть от нас. Я представлял себе самые страшные истории на свете, связанные с издевательствами над рабами, изощренными пытками, массовыми убийствами во время войны. Но они были изданы и прочитаны, никто их не запрещает. Есть и детские книги, от которых мурашки бегут по коже. Даже не буду вспоминать Тараса, убившего своего сына, розги в истории про Тома Сойера или Хижину Дяди Тома. Недавно прочитал чудесную книгу Юрия Ситникова «Кот» про домашнего питомца, случайно оказавшегося на улице. Невозможно представить людскую жестокость обычных приветливых горожан, а ведь несчастному коту некуда спрятаться, он просто пытается отыскать хозяев. Вылить кипяток на кошачью спину… наверное о таком писать нельзя… даже думать нельзя…, но ведь напечатали и разрешают читать детям. У меня даже сейчас наворачиваются слезы. Получается, «нельзя» для писателей не работает. А можно ли написать неправду? Враки? Вполне! Сразу вспомнился Остер со своими вредными советами-рекомендациями, знаменитые детские сказки, в которых все от начала до конца - сплошная выдумка. Емеля, разъезжающий на печке, или рыбка, выполняющая три желания. Но, - поспорил я сам с собой, - читатели ведь сразу понимают, что автор шутит или сочиняет. Для красоты повествования, чтобы увлечь нас, да мало ли зачем! Никто не придет к писателю с претензиями, мол, нельзя такое писать. Не работают ваши магические слова, волшебные спички не желают исполнять желания, сколько их ни обламывай! Да и Деда Мороза не существует! Возьмем чужую историю и выдадим в книге за собственную. Напечатаем на разных языках, получим премию и станем самым известным писателем в мире! Потом, правда, найдется истинный автор, предъявит свою рукопись и обвинит прославившегося незаконным путем в воровстве. Разразится международный скандал, и суд потребует убрать из книги сворованные главы. Вот уж настоящее «нельзя» без всяких исключений! А вместе с этим позор, отобранные деньги и обманутые читатели. Знаменитый писатель вряд ли готов так поступить, но он вдохновлен чужой книгой, снова и снова перечитывает понравившиеся главы, вспоминает интересных героев и их приключения. Он перебирает в голове подробности и не может остановиться. В какой-то момент писателю наскучит пересказывать, и он начнет фантазировать. Перепишет сюжет на свой лад, придумает парочку злодеев и сочинит неожиданный конец. Теперь перед нами совершенно другая книга. Строгое «нельзя» отступило. Дороти превратилась в Элли и встретила новых друзей Дровосека и Страшилу, Пиноккио навсегда остался с длинным носом и теперь зовется Буратино, и Золотая рыбка из знаменитой сказки Пушкина, оказывается, уже была придумана где-то на Востоке. Получается, даже известные писатели могут увлечься чужими историями, переработать их без обвинения в мошенничестве и заимствованиях. Будто в руках волшебника чьи-то идеи преобразились и превратились в сюжетные заготовки для будущих книг, стали невольными проводниками в мир новых приключений. Герои изменились и перелетели в иные страны, спаслись от врагов или бесследно исчезли, но они прожили еще одну насыщенную жизнь на страницах новой книги и помогли читателю познать огромный мир вокруг. Что ж, дорогие писатели, продолжайте фантазировать, наблюдать, искать любые источники вдохновения. Бродите по городу в поисках приключений, путешествуйте по дальним странам и читайте чужие истории! Не думайте о запретах, верьте в себя и сочиняйте без остановки! Нас, читателей, не проведешь. Среди сотен новых книг мы обязательно найдем самую интересную, стоящую, настоящую, чтобы затянуло и держало в напряжении до последней страницы. Пусть всегда будет так! Если последние дни ты жил только ради бесценных мгновений с книгой, то кто уж вспомнит про запретное «нельзя». Комментарии Бирюкова Ева 22/04/2019 Спасибо большое, оень интересно было прочитать твоё эссе. А я, если честно, верю в Деда Мороза( мне 15 годиков) :) Чудеса и волшебство живут в нашем сердце. Всё может быть, нужно только поверить) 0 «спасибо»


105 Баллыжюри 9 Баллычитателей Проголосовать Спасибо,ваш голос принят! Отменить Полина поделисьс друзьями Зачем нужны тени? Когда я училась рисовать, мне постоянно говорили: не забывай про тени, это серьезно, без них не получится рисунок. Мне кажется, «о чем нельзя писать в книгах» - это тени в литературе. И рассуждать о тенях в литературе не просто: они присутствуют в книгах, в разной форме и не всегда понятно, для чего. Считается, что жестокость, агрессия – неприемлемые темы (особенно, в детских книгах). Да, с одной стороны, это так: если мы все время будем читать книги о жестокости, мы будем испытывать только негативные эмоции. С другой стороны, если все книги будут представлять собой позитивные истории, где есть только светлая сторона, а над прочитанным не надо размышлять, то настоящие читатели просто «вымрут», ведь невозможно развиваться, читая только «идеальные» книги. Недавно я прочитала две замечательные книги Марии Парр «Вафельное сердце» и «Вратарь и море». Что меня несколько ошеломило, это поведение героев. Чего они только не вытворяли! Натянули между домами канатную дорогу, поехали кататься на самодельном плоту и чуть не столкнулись с паромом, ныряли в море при мутной воде и минусовой температуре. Можно ли писать в книгах о таком бестолковом и опасном поведении? Ведь главные герои книг, особенно яркие, интересные, часто представляют собой пример, им хочется подражать. А здесь пример для подражания несколько спорный. Да, порой Трилле и Лена вели себя неадекватно: подняли младшую сестру на флагшток только ради интересного клипа, ходили ночью охотиться на лису, а подстрелили папу… Но, что получится, если убрать из этих двух книг отчаянные подвиги Лены и Трилле? Получится обычный норвежский хутор, нормальные послушные дети: тихо, скучно, буднично. И не очень будет вериться в серьезные моменты, в их действительные подвиги. В то, что Трилле в двенадцать лет смог вывести из открытого моря и пришвартовать рыбацкий катер, а Лена стала сильным вратарем в мальчуковой футбольной команде. Если я рассуждаю про тени в литературе, хочу написать про книгу, которую я считаю абсолютно «солнечной», светлой. Когда ее читаешь, невольно улыбаешься, становится очень хорошо на душе. Это «Моя семья и другие звери» Джеральда Даррелла. Книга нравится тем, что здесь нет классических поворотов сюжета, неоднозначные образы, многие эпизоды взяты из жизни. Особенно меня удивил один эпизод: Джерри, главный герой книги, подружился с преступником, с убийцей. Этот человек не сделал Джерри ничего плохого, помог мальчику поймать альбатроса, о котором тот давно мечтал. Но, может быть, не стоит писать в книгах о такой дружбе? Поворот сюжета действительно странный. Мы привыкли к тому, что убийц, преступников обычно изображают полностью отрицательными героями, а здесь образ получился нейтральный. Мне кажется, что здесь автор хотел показать, что люди бывают совершенно разные, противоречивые: убийца помог Джерри поймать редкую птицу, а пограничник на таможне хотел присвоить себе вещи семьи Дарреллов. Эти истории Джеральд Даррелл вспомнил и включил в свою книгу, когда описывал свое детство на Корфу. Этот эпизод помогает мне ответить на вопрос: «о чем нельзя писать в книгах». Мне кажется, мерилом здесь является искренность автора, его уверенность в необходимости о чем-то рассказать. Его желание поделиться с читателями своими мыслями. А право выбора – читать или нет, право рассуждать – за нами, читателями. Комментарии Эвелина 05/04/2019 Мне очень понравился образ - нельзя писать о тенях в литературе... Но вот бы тему еще развить... 0 «спасибо»


Когда я училась рисовать, мне постоянно говорили: не забывай про тени, это серьезно, без них не получится рисунок. Мне кажется, «о чем нельзя писать в книгах» - это тени в литературе. И рассуждать о тенях в литературе не просто: они присутствуют в книгах, в разной форме и не всегда понятно, для чего. Считается, что жестокость, агрессия – неприемлемые темы (особенно, в детских книгах). Да, с одной стороны, это так: если мы все время будем читать книги о жестокости, мы будем испытывать только негативные эмоции. С другой стороны, если все книги будут представлять собой позитивные истории, где есть только светлая сторона, а над прочитанным не надо размышлять, то настоящие читатели просто «вымрут», ведь невозможно развиваться, читая только «идеальные» книги. Недавно я прочитала две замечательные книги Марии Парр «Вафельное сердце» и «Вратарь и море». Что меня несколько ошеломило, это поведение героев. Чего они только не вытворяли! Натянули между домами канатную дорогу, поехали кататься на самодельном плоту и чуть не столкнулись с паромом, ныряли в море при мутной воде и минусовой температуре. Можно ли писать в книгах о таком бестолковом и опасном поведении? Ведь главные герои книг, особенно яркие, интересные, часто представляют собой пример, им хочется подражать. А здесь пример для подражания несколько спорный. Да, порой Трилле и Лена вели себя неадекватно: подняли младшую сестру на флагшток только ради интересного клипа, ходили ночью охотиться на лису, а подстрелили папу… Но, что получится, если убрать из этих двух книг отчаянные подвиги Лены и Трилле? Получится обычный норвежский хутор, нормальные послушные дети: тихо, скучно, буднично. И не очень будет вериться в серьезные моменты, в их действительные подвиги. В то, что Трилле в двенадцать лет смог вывести из открытого моря и пришвартовать рыбацкий катер, а Лена стала сильным вратарем в мальчуковой футбольной команде. Если я рассуждаю про тени в литературе, хочу написать про книгу, которую я считаю абсолютно «солнечной», светлой. Когда ее читаешь, невольно улыбаешься, становится очень хорошо на душе. Это «Моя семья и другие звери» Джеральда Даррелла. Книга нравится тем, что здесь нет классических поворотов сюжета, неоднозначные образы, многие эпизоды взяты из жизни. Особенно меня удивил один эпизод: Джерри, главный герой книги, подружился с преступником, с убийцей. Этот человек не сделал Джерри ничего плохого, помог мальчику поймать альбатроса, о котором тот давно мечтал. Но, может быть, не стоит писать в книгах о такой дружбе? Поворот сюжета действительно странный. Мы привыкли к тому, что убийц, преступников обычно изображают полностью отрицательными героями, а здесь образ получился нейтральный. Мне кажется, что здесь автор хотел показать, что люди бывают совершенно разные, противоречивые: убийца помог Джерри поймать редкую птицу, а пограничник на таможне хотел присвоить себе вещи семьи Дарреллов. Эти истории Джеральд Даррелл вспомнил и включил в свою книгу, когда описывал свое детство на Корфу. Этот эпизод помогает мне ответить на вопрос: «о чем нельзя писать в книгах». Мне кажется, мерилом здесь является искренность автора, его уверенность в необходимости о чем-то рассказать. Его желание поделиться с читателями своими мыслями. А право выбора – читать или нет, право рассуждать – за нами, читателями. Комментарии Эвелина 05/04/2019 Мне очень понравился образ - нельзя писать о тенях в литературе... Но вот бы тему еще развить... 0 «спасибо»